группа известных учёных-биологов

здесь могут водиться тигры

Mon, 28 Jul 2014 07:42:00 +0400

надя сидит на кровати и рычит как рысь, пытается сделать себе рожки. я сижу на стуле. я помню, как однажды курил, был мороз и на фильтре проявились две тёмные точки, может я неправильно курил тогда и случайно облизывал фильтр, сейчас такое уже не случается. не помню, нравился ли мне вкус — я ещё не разбирался и пока доверял цвету пачки, рассказываю я ей. надя молчит и смотрит на окно и отражённую в нём комнату. а недавно я стоял в курилке и смотрел в окно на своё отражение, солнце было низкое, я ссутуливал и расправлял плечи, и тень то падала на мою грудь, то исчезала, продолжаю я и тоже смотрю в окно, в нём не видно нади, только стена и часть кровати.

надя выходит, пойду сделаю чай, говорит.

столько всего случается. память огромная и невозможная. какая тут страсть к борьбе, если ещё с нынешними дарами не разобрался. я не могу поверить в существование разума, даже обладая им.

почти каждый день я ходил в зелёной клетчатой рубашке с разорванными до локтя манжетами, сшитыми красной ниткой, а тетрадки носил в коричневом бумажном конверте от пришедшего по почте даже не мне журнала. на конверте я написал «здесь могут водиться тигры» и приклеил деда мороза. подклеивал скотчем и проходил с ним почти год.

вот я живущий на чердаке, а вот в груде тряпья на работе, вот болеющий и скорченный на полу, а вот ныряющий и открывающий глаза под водой тем летом, когда впервые прочитал тома сойера.

я закрываю глаза: я на балконе десятого этажа, ночь, внизу освещённые фонарями ровные линии одноэтажных улиц. фонари начинают гаснуть, начиная с дальних. и когда гаснут все, я открываю глаза. передо мной надя с чуть видными рожками из коротких прядей. она, улыбаясь, рычит.

картинки

Wed, 27 Jun 2012 18:28:00 +0400

мне кажется, я всегда подходил к ней со спины. всегда останавливался в нескольких метрах и садился на землю, обхватывал свои чуть разведённые колени, повторяя её. сутулился я чуть сильнее чем она, а её стрижка была короче моей. кажется, каждый раз она начинала говорить первой. но не мне, она говорила во все стороны, её слова разбегались и, встречая меня-препятствие, оставляли за мной уголок следа. голос, который я всегда хотел иметь, чистые, точные слова. ближе мы были только дома: в дверях, на кухне. я часто сидел на кухонном столе, а она любила зелёный чай, банка которого стояла за моей спиной.
я не пытался понять её дальше спины на этом берегу, дальше её простых одиноких фраз о погоде, дальше её головы набок за кружкой.
да, память странная. а человек — это три или четыре картинки и, может быть, несколько жестов и слов. получается, я тоже пара картинок, и мне достаточно.

p.s.: группа известных учёных-биологов пришла к выводу, что журнал твист четыре нужно закрыть. подзаголовок «безуспешно разыскивает» стал неверным, да и сам журнал уже сделал всё, что от него требовалось. как обычно все архивы можно найти здесь или здесь.

макаронная запеканка

Wed, 09 May 2012 21:22:00 +0400

это как та странная японская еда, которую героиня ставила в микроволновку и верила, что правдоподобнее получить макаронную запеканку, чем ту же (но разогретую) еду. я, простой читатель-дилетант, воспринимаю эту историю как хочу, для меня эта история о том, что иногда нужно рассказывать о странной японской еде, если хочешь сказать о макаронной запеканке. и наоборот. иногда только так можно рассказать о макаронной запеканке. но может быть есть и другие способы.

что делать, если не можешь описать происходящее, не знаешь, как продолжить писать только про себя. как говорить, если слова касаются кого-то ещё. писать про себя просто, ты честен до любой глубины, поверхностен, знаешь, где закончить с макаронной запеканкой и взяться за яичницу, знаешь, где заканчивается один твой герой, где начинается другой и где это вовсе неважно; и как бы дурно ты не описывал, в любом случае это только ты, такой тошнотворный этим вечером. всё просто, когда в твоих руках пусто — всегда же найдёшь оправдание себе перед собой.

когда не знаешь как двигаться, хочешь заполнить собой всю комнату, чтобы движение было невозможным, не знаешь, что думать — наполняешь себя холодным серым мутным. правильно ли это, не слишком ли просто, не мудак ли ты, если не научился, не умеешь (или кажется, что не умеешь) по-другому. я залип и пинаю сливу во дворе, она катается по жёлтым осыпавшимся цветкам наверно-акации, это не имеет смысла, что я пинаю сливу, неважно, что это акация, я просто хочу завершить свою мысль, ответить на полувопросы, но у меня пока не получается, мне нужно перейти границу, где заканчиваюсь я. животные, думаю, в такие моменты включают свои инстинкты

пустота

Fri, 06 Apr 2012 04:27:00 +0400

большая пустота просто немного больше пустоты обыкновенной. я вышел покурить на лавочку перед домом. чёрная кофта, грязные кеды — ничего особенного. воображению не хватает этой пустоты, чтобы завалить стрелу подъёмного крана над твоей головой или устроить астероид, врезающийся в парковку банка рядом. хватает лишь на вторую, лишнюю обычно, сигарету. она никогда не выльется в ночь под дождём где-нибудь у пруда на камне или в бесконечный бег в попытке достичь окраин. о ней не расскажешь толком — ну выкурил две вместо одной, зайдёшь домой на пять минут позже. может, дотянет до третьей, когда поднимешься с лавочки и пойдёшь к подъезду, заставит неловко остановиться и решить что-нибудь написать в журнале. но не заставит напиться и кому-нибудь позвонить. ты, конечно, скучаешь, но зачем докучать своей пустотой, не такая уж она и большая, всего лишь чуть больше. ты вообще не сделаешь громких глупостей, поэтому никто не решит, что тебе немного не очень. тебе просто позвонят завтра утром с работы и разбудят тихим пением птиц маминого телефона.

монстры

Thu, 01 Mar 2012 00:00:00 +0400

представлять за каждым деревом, каждой урной монстров. они ещё не собираются нападать, только когда прошёл мимо, тихо выходят из укрытий, провожают тебя взглядом и, стрекоча (или вовсе беззвучно), убегают прочь. это игра номер один.

в игре номер два искусственных монстров создавать не нужно, сами деревья, урны, машины, обладают животной страстью к уничтожению хотя бы тебя. эта страсть, возможно, никогда не материализуется в нападение (с когтями по лицу, с вырванным мясом), висит в воздухе, чувствуется спиной чуть сильнее чем глазами.

в третьей игре мир совсем уж простой, деревья как деревья, заборы как заборы, окна всего лишь окна. только люди проходят мимо. сколько в таком мире опасности — не знаю.

я кладу руку ф. на плечо, здесь без игр, сейчас громыхнёт и мы побежим сквозь эту темноту. сквозь огонь со мной. и будут искры, хотя бы внутри нас. или просто обниму курткой ф., стисну. настоящие молчаливые мы. и искры — редкие яркие и живые внутри. как звёзды.

супергерои

Wed, 22 Feb 2012 02:53:00 +0400

чувствовать тепло, тянуться к теплу. нас так много вокруг. что мешает просыпаться вместе только из чувства тепла?

мы не становимся одиночее с возрастом. раньше, семилетними, часами рассматривали муравейник или узоры на ковре, не засыпали, чувствовали страх и так же как и сейчас ни с кем не делились ощущениями. всё это и сейчас порождает в нас тепло, влечёт к теплым другим. двадцать лет спустя мы засыпаем в тех же кроватях..

вчера лёг спать в пижаме, но проснулся без неё, похоже ночью я опять спасал мир. в правом лёгком дыра. супергероям приходится расплачиваться дырами в теле. представляю расходящийся по груди орнамент мёртвых клеток.

мне нравится моя мелодия на будильнике, включаю её снова, продолжаю лежать, слушаю

we can’t fly, come on let’s try
we’re boys and girls
who rule the world

we can’t fly, or kiss the sky.
so long, bye bye…

curriculum vitae

Wed, 15 Feb 2012 04:00:00 +0400

я разлил коку в сумке и, когда сушил блокнот, случайно прочёл одну из страниц: «дима, я так надеюсь, что ты не умрёшь в 2011». я просил знакомых что-нибудь написать и, кажется, обещал не читать, пока мне не станет тридцать или сорок.

я не умер, но несколько пошлых шуток о том, что «в блокноте почти не осталось страниц» и «это ещё нужно проверить» мелькнуло.
когда-то, даже не в этом журнале, я пользовался тэгом «шагание жизни» — для всего конкретного, не отвлечённого, для описания проишедшего.
даже не знаю, что съело потребность в таком тэге. или что вызывало потребность в нём тогда. может быть, жизнь в то время действительно шагала, а сейчас лениво лежит на грязной кровати и пялится в просвет между шторами. нет, это просто избирательность памяти. я вижу «не умрёшь в 2011» и стараюсь найти противоречие. это те самые игры словами, демагогия, дешёвенькие эффекты. если и умер, то немного. немного отупел от алкоголя и лени, немного зачерствел от того, что чувствовал, немного устал от того, что работал чуть больше чем нужно. всего понемногу, никаких крайностей. нет, я не умер вовсе, слишком громкое слово. но постарел звучит хуже, постарел — это как тюрьма. никогда не выбраться.

а фраза милая. кажется, я не умер в 2011 потому, что носил её в сумке. надеюсь, там ещё остались слова, которые так же тихо будут помогать мне и дальше.

возвращаться

Sat, 10 Dec 2011 04:00:00 +0400

в это время зимой темно. всё чаще возвращаемся домой вместе — зигфрид, надя, ф., кит. только зигфрид позволяет себе глядеть по сторонам, я смотрю под ноги, остальные перед собой. мы вместе, поэтому каждый из нас стал прозрачнее, кажется, сквозь нас даже проходят люди. мы существа без походки, стайка призраков.

снова не смотри на встречных. это не ненависть и не безразличие. это нелюбовь, отрицание. что у нас общего? ф. точно не они, зигфрид, надя, кит. я? я же тоже, должно быть, не они. кто сможет ответить мне на этот вопрос? самому отвечать как-то противоестественно.
отрицание себя, наверно.

запереться в нашей библиотечке, там мы обретём плотность, цвет. каждый в своём кресле, со стороны зигфрида потянет табаком, надя кинет в кита коркой мандарина, а потом станет вырезать из бумаги, ф. забьётся в кресло и будет пересчитывать пальцы, спрятав подбородок в свитер.

несколько часов спустя, поздней ночью, я достаю из стола свёрток, напоминающий книгу. да, я останусь здесь, с ними. я точно знаю (или помню), что сделаю. ф. не спит, маленький комок тёплой грусти под оставшейся единственной включённой лампой следит за мной глазами, а я иду к двери. думаю, не спят они все. так думаю. я есть они, те, кто так по разному сидит в своих креслах за моей спиной, я — библиотека тёмного дерева, лампы и камин здесь оставляют место темноте, я это наши молчания: хищное — зигфрида, влажное — ф, пронзительное — нади и медленное холодное молчание серого кита. но я не всегда здесь.
мне приходится заучивать свои действия, пока я с ними, чтобы, когда я (сейчас) окажусь один на холодной улице, когда на меня (сейчас) накатит опустошение, я всё равно помнил, что должен делать.

я прохожу несколько шагов мимо фонаря, встречаю покачивающегося паренька. останавливаемся, достаю свёрток, разворачиваю. он мотает головой, будто пытается меня рассмотреть. в свёртке, очевидно, револьвер, а я, очевидно, не умею стрелять. но это неважно, моя рука и его взгляд поднимаются одновременно

кошелёк или жизнь?

Thu, 17 Nov 2011 05:51:00 +0400

кошелёк или жизнь? я засомневался. посмотрел на блюющего, на фонарь, посмотрел на луну, снег хлопьями.

я вспомнил свой день, его можно назвать обыкновенным, вспомнил с какой неохотой вставал с кровати, чистил зубы. как старался не убирать взгляд с синей ручки зубной щётки, так и возил этим синим по бледно-розовому. вспомнил остановку, как стоял у двери в трамвай, вспомнил протискивающихся женщин, грязные пальцы кондуктора.

я вспомнил парк и то, что было прохладно. о чём я думал. о смерти, похоже. когда о ней думаешь, это не так тошнотворно, как когда отвечаешь «о смерти». думал о том, что если закрыть глаза, то можно представить что ты — в синем коконе, медленно поднимаешься вверх, в космос, пролетаешь сквозь планеты. вот нептун, такого же цвета, вот плутон, такой же холодный.

а вот и моя работа, я опять немного опоздал. это потому, что я позволил себе поваляться на кровати, я лежал и старался не моргать подольше, чтобы глаза начали засыхать. они, конечно, не засыхали, но я представлял себе почему-то англию, стучащие по мостовой трости, цилиндры и человека с высохшими глазами.

а это лифт к моей работе, людей не так уж и много, опаздываю, милых девушек нет, почему-то произношу эту фразу про себя. сначала пытаюсь вспомнить цвет сегодняшней футболки, потом пытаюсь представить лотофагов, сдались они мне. когда оказываюсь на девятом, я уже достаточно ненавижу себя, чтобы взглянуть в офис собак.

вот и стол. вспомнил о вере и даже клацнул «compose», но решил, что ещё ничего не произошло и принялся за работу.

я всё ещё стоял перед тёмным человеком. я попытался разглядеть его лицо, мне не удалось, может от того, что я был слишком пьян, может от освещения. я всегда стараюсь спихнуть всё на освещение и плохое зрение. попытался вспомнить последние несколько часов, то, как пришёл в бар, то, как уже пьяным уходил с работы. но мне не удавалось — туманный силуэт приковывал. и я решил, что пора отвечать, пора выбирать между чортовой жизнью и чортовым чем-то ещё. я посмотрел на свои кроссовки, чуть резче чем надо поднял глаза, я начал отвечать ещё не решив, что выберу, я открыл глаза ещё до того как ответил.

пятый час, я заставил себя встать и сходить на кухню выпить воды. а потом не мог заснуть. я решил сесть и всё записать. может быть в этот раз у меня получится, может быть если я пройду тот же путь текстом, то в момент, когда я подниму глаза

нефть

Mon, 31 Oct 2011 02:01:00 +0400

да, фрэнки, ты права. в этот раз ты права, как всегда перегибаешь с пальцами и глазами, но тебе можно.

это мой вечер, чистый письменный стол, я выбрит, чёлка под линейку, белая кожа (наверно, от освещения). стопка бумаги, чья высота не меняется целую вечность, я давно не пользуюсь бумагой. я ставлю руку под правую щёку и чувствую как попадаю в липкую жижу, ещё не вижу её, но представляю чёрной. нефтяное пятно на щеке, странно, что не капает. от глаза до подбородка — то ли сочится изнутри, то ли прилипла снаружи. я рассматриваю руку, теперь на ней нефтяные перепонки, мне бы вскрикнуть или удивиться. мне бы встать или схватить бумагу, постараться стереть с себя жижу. но я спокоен. пока не поднимается ветер. ветер бросает в лицо пыль, окурки, землю, гниющую бумагу, которые приклеиваются к пятну, правая часть лица превращается в грязь, я скоблю ногтями по рыхлому месиву, сдираю куски, не знаю где начинаюсь я, а где кончается грязь.

это моя ночь. заправленная кровать, я вышел из душа и уже в пижаме сижу на кровати. мне нормально.

"мне очень ранит сердце, когда она не отвечает на мои смс"

Thu, 13 Oct 2011 06:11:00 +0400

от: ***@mail.ru
кому: boxfrommars@gmail.com (я)
тема: (no subject)
дата: 11 Сентябрь 2007 г. 17:55

Вчера приехал друг из Сочи и я
впервые за все лето наебашился по-пацанячьи.
Я до сих пор бухаю,так что ты читаешь
пьяные буквы.Он мне подарил дайверский
компас за 300 рублей.Компас вобще как
игрушка,жаль что я уже дарил такую
штуку ***.Этот бы ей больше понравился.
А еще он мне привез охуенные спички,
которые как одна и если надо зажечь огонь,
то приходится отделять от большой спички
маленькую.Я пиздец как люблю всякию такую
мелочь,поэтому очень рад.Кстати,мне нужно
же что-то подарить *** при встрече.
Ты там поищи какие-нибудь безделушки-
сувениры.Я бы очень хотел подарить ей
маленькую эйфелеву башню,любые деньги
бы отдал за нее.*** на море,хотя
как я понял погода там не из лучших.
Мне очень ранит сердце,когда она не
отвечает на мои смс.Так и сейчас произошло.
Мы только начали общаться и она вдруг стихла.
Я начинаю считать себя после этого
ничтожеством.А еще мне последнее время стали
сниться нормальные сны.Я отражал атаку немцев
в лесу.Нас было человек восемь и мы устроили
фашистам засаду.Сон был настолько реальный,
что в памяти сохранился не как сон,а как
реальность.Сохранились чувства которые я
испытывал.В основном страх.А чувства
патриотизма и геройства не было,я сражался
исключительно ради своей шкуры.Я стрелял
пока мы лежали на холме в опавших осенних
листьях,а потом немцы стали подбираться
вплотную-их было очень много.Потом я бежал,
не оглядываясь и не задумываясь что там с моими
товарищами.Оказалось,что все так сделали и нам
удалось перегруппироваться,но немцы куда-то
пропали-это же сон.Но я ре ально почувствовал
войну и очковал.Война больше мне не нравится
так сильно как раньше.А еще мне
наконец приснилась ***.Она была в магазине,
больше ничего не помню из этого сна.
P.S:Отнесись серьезно к моей просьбе
насчет подарка ***.Подумай,поищи
что-нибудь что можно ей подарить.

Славик

о расстояниях

Wed, 12 Oct 2011 02:01:00 +0400

от: ***@mail.ru
кому: boxfrommars@gmail.com (я)
тема: (no subject)
дата: 07 Сентябрь 2007 г. 08:46

Гутен так, фраерок.У меня для тебя хорошая и плохая новости.Начну с хорошей:
видел Яночку, она хороша и сказала, что сильно скучает по тебе.Она
сказала, что у тебя все будет отлично, и ты самый клевый паря из всех ее
знакомых.Еще Скряго мне сказал, что ты самый талантливый студент в универе.
И еще, я забыл в комнате на верхней полке, где стоит статуэтка, 500 рублей - можешь
их смело тратить.Теперь плохая новость:все, что сказано в хорошей новости -
чистое враньё.Ну что, сука, полегчало?Ха-ха-ха(громко, надменно смеюсь,уткнув
руки в бока, широко открыв рот и закинув голову.В общем смеюсь как Шао-Кан,
если тебе это имя о чем-то говорит).Ему видите ли грустно.Он видите ли
места себе не находит.А каково мне?Каково мне, сука, а?Мне каково?Какого члена
тебе грустно - диплом в сумке, сигареты в кармане, и допуск в аспирантуру присутствует.
А у меня что?Конченая гитара, которая не звучит и перетянута, монитор на котором
изо дня в день умирают тысячи фашиков и русиш швайнэ, обмельчавшая до нельзя речка и
каждый день мысль, что и сегодня я не увижу это прелестное создание по названию
***.Ты спросил как я; я херово.Ты находишься в трехстах метрах от
счастья, от самого прекрасного места на Земле, а я нахожусь в трехстах
километрах от этого места, и ты еще жалуешься?Кстати, задача по теории вероятностей:
некто ездит в трамвае с рисунком Спанч Боба или надписью “hоре”.Два дня этот трамвай
ходит в ад, а потом два дня в рай и т.д.Шестого числа этот некто попал в ад.
Найти ближайший из последующих день, в который со стопроцентной вероятностью этот
человек (бог с ним, назовем его так) попадет в рай.По моим размышлениям этот день будет
двенадцатого числа(вообще-то восьмого, но он уже прошел).Ты понимаешь к чему я клоню?
Но если ты раньше 12-ого свалишь в свой Темрючок, непременно зайди к ***,
что говорить надеюсь помнишь.Видел на рынке “Вам письмо”, куплю завтра.Так что можешь
не высылать мне диски почтой(да ты, мудило, уже и забыл, наверно, что собирался это
сделать).Кстати, вчера стал свидетелем того как какому-то парняге, который покупал
комп в магазине, продавец втюхал в придачу лицензионные windows за 4000 штуки,
Dr.Web за 6000!!! и microsoft office за 2000.Я вообще опешил.Научи как настроить почту в Опере.
P.S.:Если ты, Сучье дерьмо, еще хоть разок, даже нечаянно, напишешь мое имя или
слово, под которым мое имя подразумевается, с маленькой буквы, я, бля, найду тебя,
выгрызу твою прокуренную ржавую печень и заставлю тебя сделать тоже самое с
печенью мистера Дж.Дж.Хариссона, которого я опрометчиво и необдуманно оставил
на твое попечительстиво.Я, бля, стараюсь, бля, ставлю после каждой, сука, запятой
пробел, хотя сроду этой хернёй не занимался, а тебе, сука, трудно своим
желтым кривым пальцем shift зажать.Да ты не то чтобы первую букву, ты и
вторую, сучонок, большой писать будешь.
P.P.S.:Прости за длинный P.S.(Ах да,бареф цо это привет пацан по-армянски)

Доктор Фло

кто из дому, кто в дом, кто над кукушкиным гнездом

Tue, 04 Oct 2011 06:07:00 +0400

это мы — всё те же киты. всё так же плывём, всё в той же холодной глубине. изредка поднимаемся к поверхности, выплёскиваем тусклую бледную струю, в наших телах гул. молчаливые громадины. медленными китами. кто мы когда не в воде. слабые существа с бегающими мутными глазками и с лапками, такими мерзкими лапками, нацеленными на схватить и притянуть, как тот автомат с дешёвыми игрушками. ненавидеть, тянуться назад, в неспешную бездну. чтобы быть. астероидами в холоде. огромными, медленно двигающимися лабиринтами.

но опять встряхивать головой, понимать, что снова ты — чучело, суетливыми пальцами приглаживающее торчащую из-под ткани соломку, вгоняющее в полную опилок голову очередную блестящую булавку.

должен же быть рецепт — кислое пойло с запахом йода, которое оставит нас навсегда такими, какими мы были рождены — тихими, спокойными, с миром внутри, чувствующими пространство и себе подобных. и скрытыми от остальных океаном.

зигфрид

Fri, 23 Sep 2011 21:35:00 +0400

что есть то, на что я смотрю? я выхожу, закрываю за собой дверь.
мимо проходит милая коротко стриженная девочка в чёрном платьице. а я пытаюсь привести пример, чтобы объяснить.
подхожу к повороту на лестницу, встречаю кого-то ещё, не могу вспомнить лица. я начинаю забывать, что пытался что-то объяснить.
чувствую как давит в висках. что-то злокачественное и гнилое во мне, часть меня. выхожу на аллею и пытаюсь вернуться назад, очиститься, стать светлым и звонким или светлым и тихим, плавным. не вернуться, хотя бы спрятаться. сжаться, чтобы только я мог видеть свою чудовищность.
так не получится — это тяжело. рядом со мной появляется и идёт зигфрид. зигфрид, ты знаешь, что безобразен? спрашиваю. зигфид, уродливый карлик в зелёном костюме, поворачивает ко мне своё морщинистое хищное лицо.

мне не нужен его ответ, я останавливаюсь и смотрю вперёд. на людей, возвращающихся с работ, на детей, собак, всю эту зелень.

куда мы пойдём, зигфрид? человек и лепрекон стоят рядом. мне становится спокойно. из-за тебя я могу быть честным. из-за тебя я честный.

метаморфозы

Sun, 04 Sep 2011 09:20:00 +0400

бойся нас, твой страх — наше воплощение, твой страх — наш слепок, всего лишь наша тень. мы пишем, чтобы усилить страх, ты не сможешь подготовиться и защититься, это не предостережение, это наш первый шаг. это не предостережение, это то, что случится. мы не убиваем, не этого боишься, мы наполняем пустотой. всё, что мы встретим в твоей жизни на пути к тебе, мы наполним пустотой, а потом мы наполним пустотой тебя, если к тому времени в тебе хоть что-то останется. слышишь? слышшишь? что в твоей голове? слышишь опустошение? это наши шаги.

холодное утро, пустая голова. может быть чаю? почему я говорю с собой. почему в комнате так пусто. сегодняшний день обещает быть серым. да, думаю, чаю, я отворачиваюсь от окна, иду на кухню, почёсывая спину, набираю в чайник воды, ставлю на плиту, подношу спичку, сажусь на стул, смотрю на мусорное ведро, смотрю на мусорное ведро…

после которого не страшно

Wed, 03 Aug 2011 04:55:00 +0400

что я помню. как будто это я сидел в коридоре на латинско-русском словаре и я курил красный мальборо. как будто это я дал имена всем, кого видел этими ночами. каждому, кто жил в моей голове жизнью, может быть не имеющей ничего общего с настоящей. пани о’риордан, пани яночка, м-ш, брет эшли, грета гарбо, алиса, м.л. шоша. «мы так много значим для других и даже не подозреваем об их существовании». как будто это мой мир состоял из книг. и книги поглотили мою реальность, я прожил тысячи героев, я был каждым из них. героем можно восхищаться, а можно оставить его в себе, сделав частью себя. ещё раньше. как будто это я проводил многие часы в прогулках, пытаясь найти то самое поле, в котором стоит мой корабль, готовый взлететь, унести, немного вернуть. не находил, знал, придёт время и он обязательно найдётся. всё находится. как будто это дом моих родителей, уютный, тёмный, кресло в чистом дворике, жизнь ночью, опять библиотека. опять чужие жизни или ощущения. кто я есть. во мне странный кусок камина с отблесокм огня и движение руки нади, зелёный мяч отскакивающий от стены и улыбка м-ш мешающей кофе на плите грязной общажной кухни, очередной морибундус, катящийся по склону волшебной горы и открытая калитка на ночную улицу, ведущую к речке, я, в полудрёме сидящий в тёмном автобусе и сон в котором автобус взлетает и останавливается в городе, встретившим меня роговым зигфридом и опаздывающим кроликом, красная грязная сумка и нарцисс, который дарит мне девочка, дарит каждую секунду моей жизни. в этом мире есть возможность ощущать и помнить и ощущать память и ощущать что память есть. и всё это в каждый момент времени. вся жизнь за секунду, говорят. так и есть, но за каждую секунду. не знаю чего в конечном итоге добьётся моё тело, но знаю чего добился, даже не сражаясь, я

калипсо

Sat, 28 May 2011 09:10:00 +0400

мои мысли далеко от этого места — я никогда не умру. просыпаться, открывать глаза, мы только что прожили хорошую жизнь во сне. или не мы и я снова был один. идти за сигаретами и водой, на самом деле просто пройтись, кого-то встречать, в магазине точно должен быть продавец, и он, хоть и будет думать о себе, сделает что-нибудь и для меня, подаст сигареты, воду. и уже не помнить, что снилось (а что нет), возвращаться в квартиру, даже не закрывал её, пустую, одиссея-выродок подошла к концу, я пришёл к себе, я пришёл к я. в центре комнаты (кажется что нарочно) стоит стул, я могу представить его каким угодно стулом, я могу сесть на него, опять что-то представить, но мне не нужно, мои мысли далеко от этого места — я никогда не умру

лоскутное одеяло

Mon, 25 Apr 2011 19:03:00 +0400

когда у людей в книгах кончается завод, они приходят на городскую площадь или вокзал и часами неподвижно сидят. может быть они хотят раствориться среди людей, может пытаются сквозь людей посмотреть со стороны на себя, а может просто ищут случайной встречи.

«ещё очень долгая жизнь» — думала алиса в 5 лет, смотрела в окно на духовой оркестр, что сопровождал покойника.

алиса умеет читать

Wed, 15 Dec 2010 06:18:00 +0300

мальчик сидит на стуле, мальчика сегодня заставляют ощутить себя во времени
не в непрерывном (каком-то несуществующем для памяти) а в обрывками:
мальчик-тогда, мальчик-тогда, алиса, надя, улисс, тогда.

алиса умеет играть, варить манную кашу, кричать на мертвом языке, управлять трамваем, кидать в луну консервы, читать молитвы загробным голосом, не любить, прыгать на одной ноге, хранить мышьяк, разрывать когтями чужие лица, шить фартуки, разжигать в лесу костры. можно написать: «алиса умеет всё», но скромность не позволяет.

мальчик и мышь, мальчик в скафандре, кто из нас мёртв, кто из нас способен (будет способен) жить всегда. мальчик-тогда оказался способен. мальчик сейчас не любит завтра.

ночные крыши высотных домов в августе, как 4 года назад: алиса лежит и смотрит в небо на силуэты: любимые неземные создания — двое в профиль. их голоса как через толщу воды. их теплые руки заботливо поправляют одеяло. а если повернуть голову, увидишь другие огни города с той стороны реки. как через толщу воды слышишь нежные голоса и смех девочки. забытая песня другой возвращает <…> — вспоминаешь как после наркоза что есть — там.

мальчик-сейчас немного умер. назад, к одному из прежних состояний, а к какому не решил или не знает. доверяет пространству, по старой (ещё этой) памяти.

алиса ползает с видом помирающей лисицы (и никто ей стакан воды не принесёт) — это такое последствие, когда спать хочешь, и не можешь уснуть, и мысли в голову бессвязно приходят, а сил нет смеяться. вот однажды в таком состоянии алиса гулять пошла и увидела вдалеке дохлую кошку и подумала, что сейчас у неё детская травма случится, а когда подошла поближе — дохлая кошка оказалась кроличьей шапкой. а потом не покидало ощущение, что сзади кто-то на тройке мчится и бубенцы звенят: «вот принесла нелегкая — пробудил ребенка» — ворчу.

человек не остров в океане

Sat, 06 Nov 2010 03:05:00 +0300

снова встретил тебя — как я выскочил из этой машины
снова (в очередное теперь) знаю как ты выглядишь
опять перебегал на красный,
ещё одно твоё лицо. ещё одно моё я, орущее во весь рот белыми ровными зубами, я, заключенное в голове, в пространстве с шарик для пинг-понга
отрывался, неважно, что нам в разные стороны,
бег ради ощущения убегания. нарушать мелкие (казалось бы; в такой момент) правила — пытаться сломаться — пытаться что-то нарушить — чтобы немного сломаться.
вошёл к себе, проскочил мимо зеркала, даже не хочу знать как выглядел. почему это имеет значение?

где мягкий я. где моя плавность, зачем так ломаюсь. фразы не выворачиваются в вопрос. падают вниз. я (ведь мы все) такой тяжёлый. как человек, который не может встать, когда над креслом зеркало. когда действие показывает «я», которое не хочется видеть. хотя бы сегодня, хотя бы с неделю, хотя бы пока я помню. не действовать

как мало слов в голове. но повторения как-то связаны с ритмом. я помню и пользуюсь этим.
нечитаемость — это вплоне себе возвратно. как и двусмыслие. я стараюсь